Моряк подводник потенция

Моряки-подводники больше всего боятся рыболовецких траулеров — МК

моряк подводник потенция

Ветеран рассказал, что происходит, когда подводная лодка оказывается в объятиях трала

07.04.2015 в 18:16, просмотров: 9977

Случившаяся трагедия в Охотском море, где затонул траулер «Дальний Восток», породила немало рассуждений о причинах случившегося кораблекрушения.

Одной из первых была версия, согласно которой причиной внезапного опрокидывания нашего рыболовного судна стала подводная лодка, угодившая в его трал.

Версия не подтвердилась, но насколько реальна подобная ситуация? – В редакцию «МК» обратился один из наших читателей, бывший моряк-подводник, который поделился собственным печальным опытом.

– Версия столкновения рыболовецкого траулера с подводной лодкой на первый взгляд выглядит маловероятной. Однако такое все же бывает, к сожалению. И довольно часто, – утверждает ветеран-подводник, капитан 1 ранга Вадим Кулинченко. В подтверждение он рассказал о ЧП, которое произошло с субмариной, на которой он служил.

– Нет для подводников ничего более неприятного, чем проходить в подводном положении через районы активного рыболовного промысла. Максимальная осторожность, осмотрительность, повышенная готовность и все же… «Подводная лодка в сетях рыбаков!» – Однажды и мне самому пришлось испытать такие неприятные минуты, когда наша «Эска» оказалась в сетях.

Было это в начале 1960-х годов. В ту пору советские подводные лодки все чаще стали ходить «за угол» – в Гренландское и Норвежское моря, где рыбаки из разных стран (в том числе и из СССР) успешно «вычерпывали» из глубин богатые сельдяные запасы.

Подлодка проекта 613 «С-344», на которой я служил, участвовала в очередных учениях Северного флота, и ей для действий был определен район в тех самых местах, у острова Ян-Майен.

Внимание!

Ночью, когда всплывали на подзарядку аккумуляторных батарей, море светилось, как большой город, от огней рыболовных судов. Но мы огней не зажигали: нельзя было обнаружить себя.

Вахтенный офицер и командир с тревогой всматривались в огоньки сейнеров, перемещавшихся вокруг «Эски», постоянно маневрируя.

После зарядки аккумуляторов, лодка вновь ушла на глубину. Я как раз заступил на вахту. Обстановка поначалу была нормальная, но вдруг снаружи по правому борту раздался страшный скрежет металлического троса. Командир Викторий Иванович, едва успевший задремать в своей каюте, уже через считанные секунды был в центральном посту.

Ситуация складывалась скверная.: нос нашей «Эски» начал задираться вверх. Боцман всеми горизонтальными рулями пытался остановить увеличение дифферента на корму.

«Стоп правый мотор! Левый малый вперёд! Право на борт!» – скомандовал командир на моторы и руль, используя прием уклонения от минных тросов. Но это не помогло.

Подводную лодку с дифферентом около десяти градусов на корму неизвестная сила тащила вверх. Глубина быстро уменьшалась.

«Влезли в рыбацкий трал! – высказал догадку командир. – Нельзя допустить, чтобы рыбаки нас выловили. Нельзя оказаться на поверхности, замотаться в сетях винтами!.. Боцман, левый средний вперед! Рули на погружение!.. Механик, принимать в уравнительную! Штурман, доложить глубину под килём!»

Правым мотором командир опасался давать ход, чтобы не запутаться в тросе, скребущем справа по корпусу. Викторий Иванович предпринял все меры, чтобы лодка начала погружаться, но это не возымело действия. «Эска» по-прежнему упорно стремилась вверх, так что боцман только успевал докладывать уменьшение глубины.

Оставался самый радикальный вариант: заполнить цистерну быстрого погружения. «Заполнить быструю!» – отдал приказ командир. После этого лодка остановилась, вздрогнула и… полетела вниз.

Достигнув тридцатиметровой глубины мы начали продувать цистерну быстрого погружения, чтобы не провалиться слишком глубоко: а то ведь под килём километровая глубина. Боцман переложил горизонтальные рули на всплытие. Скорость погружения лодки уменьшилась, но движение вниз продолжалось.

Важно!

Только после принятия еще дополнительных мер, лодка будто нехотя остановилась, замерла и медленно пошла вверх.

Нетрудно представить, какие рывки испытывал рыболовный сейнер при всех этих наших манипуляциях, и какие удивленные лица у рыбаков: что же это за рыба-кит попалась в их сети?!.

Теперь нашей задачей было удержать «Эску» на нужной глубине и, главное, освободиться от трала. Между тем, скрежет от трения тросов о корпус продолжался. Важно было угадать: спереди или сзади рыбаки накинули свой трал на лодку. Чтобы более точно оценить обстановку, требовалось немного зависнуть с выключенными двигателями и оценить динамику движения трала по корпусу.

«Вахтенный офицер! – сказал мне Викторий Иванович. – Прикажите соблюдать тишину в лодке, командирам отсеков по порядку докладывать обстановку с носа в корму.»

Когда смолк шум в отсеках, стало отчетливо слышно, как тросы медленно скользят вдоль всего корпуса с кормы в нос. Скорость «Эски» падала, моторы не работали.

Лодка по инерции всплывала, и вновь начал увеличиваться дифферент на корму. Теперь ситуация становилось понятной: на сейнере начали подъем трала и снова потащили им подлодку наверх.

То есть нам надо опять всеми мерами загонять корабль на глубину. А главное, – скорее, скорее вылезать из этой ловушки.

Требовалось отвести корму лодки от сетей. Между тем сейнер тоже не бездействовал и предпринимал меры, чтобы вытянуть из глубин морских столь весомый улов. – Скрежет тросов снаружи корпуса усиливался не только по правому борту, но и сверху, и под килём.

Наконец, нам удалось удачно сманеврировать и, как только в кормовом отсеке не стало слышно скрежета тросов, командир рискнул: дал обоими моторами самый полный. Буквально через мгновение мы почувствовали, что скрежет исчез, и, значит, лодка освободилась от сетей.

Из отсеков неслись бодрые доклады: «Отсек осмотрен, замечаний нет!»

Минут через десять, оценив обстановку, командир решил подвсплыть под перископ. Было уже утро, на море полный штиль. Чуть в стороне видны два рыбацких сейнера.

Совет!

Их команды, как можно догадаться, в это самое время приходили в себя от испуга по поводу испытанных минутами раньше непонятных «сюрпризов из морских глубин».

Наверняка они не догадывались, какая «рыбина» только что освободилась от их трала.

Следующей ночью, всплыв в надводное положение и поднявшись на мостик, мы обнаружили следы вчерашнего приключения: все элементы, которые выступают за обводы рубки, заметно деформированы – загнуты в сторону кормы.

«Да-а, большую дыру мы сделали в их трале, – сказал командир и добавил: – Жаль, если на этом сейнере – наши земляки из Мурманска!»

Вот такие ситуации бывают у подводников, когда им по стечению роковых обстоятельств приходиться выступать в роли добычи рыбаков. Здесь – кто кого! Бывали и случаи вынужденного всплытия подводных лодок, вытянутых наверх тралом…

Подготовил Александр ДОБРОВОЛЬСКИЙ

Источник: https://www.mk.ru/incident/2015/04/07/moryakipodvodniki-bolshe-vsego-boyatsya-ryboloveckikh-traulerov.html

Что едят космонавты, полярники и подводники

Что едят космонавты, полярники и подводники

Что едят космонавты

Космическое питание сейчас не то, что «просто космос», но вполне съедобное и разнообразное. Так было не всегда. Сначала вообще решили кормить космонавтов только таблетками, в которых есть все необходимые витамины, микроэлементы и питательные вещества.

Но от такой практичной идеи пришлось отказаться: чтобы человек был не только жив-здоров, но и бодр, его желудок должен функционировать в обычном режиме всегда — принимать пищу, переваривать ее и далее по списку. Потом, выяснилось, без привычных ритуалов приема пищи товарищ космонавт мог бы загрустить, а то и впасть в космическую депрессию — сталкеров еще никто не отменял.

Сушить продукты, оказалось, тоже не вариант, ведь крошки, разлетевшиеся по кораблю, могут вывести его из строя быстрее Дарта Вейдера.

Первые несколько десятилетий освоения космоса люди питались из тюбиков — с собой им выдавались специально разработанные тубы с широким горлышком с гомогенизированными первыми и вторыми блюдами. Сейчас же питание, которое выглядит как зубная паста со вкусом борща и кислых щей — музейные экспонаты. Теперь еду космонавты готовят из высушенного концентрата.

Делают их так: пищу подвергают кулинарной обработке, после этого ее быстро замораживают в жидком газе — обычно в азоте. Затем делят на порции и помещают в вакуумную камеру. Под давлением из замороженной пищи лед сублимируется, то есть переходит в пар, минуя жидкую фазу. Так пища обезвоживается, но ее химический состав остается неизменным, а вес уменьшается на 70%.

Условно говоря, любая котлета становится размером с жвачку. 

В сегодняшний рацион космонавтов входят сборная солянка, грибной суп, тушеные овощи с рисом, салат из зеленой фасоли, греческий салат, консервы из мяса птицы, омлет с куриной печенью, куриное мясо с мускатным орехом и другие продукты.

Космические блюда-долгожители, популярные с шестидесятых годов — украинский борщ, куриное филе, антрекоты и говяжий язык. Причем на космических станциях представители разных стран не сливаются в гастрономическом единстве в зависимости от того, на чьей МКС собираются, а меряются кулинарными достоинствами своих стран.

У каждой нациоанльности свой продпаек: космонавты перед отправкой выбирают любимые блюда. Американцы даже на Млечном пути едят сендвичи, мясо с картофельным пюре, куриные пироги, оладьи и тыквенные пироги, китайцы — утку по-пекински, жареную свинину, дыню и национальные сладости, японцы — суши, суп с лапшой и соевым соусом.

Самые привередливые покорители вселенной, кто бы сомневался — французы: им даже к завтраку на Плутоне подавай сыр с плесенью и трюфели.

На космическом обеде каждый сам себе официант и повар. На агрегате размером со стол каждый в гнездах устанавливает специальные консервные банки (часть продуктов хранятся в них), где они разогреваются.

Едят прямо из банок ложками размером с десертную.

Внимание!

С вакуумированными продуктами поступают так: пакетик присоединяют к другому агрегату, где в него впускают воду — через некоторое время концентрат впитывает в себя воду и его можно будет употреблять.

Что едят на подводной лодке

Меню моряков на подводной лодке всегда было практически мишленовское: у них в камбузах можно встретить консервы со свиными языками в желе, мясом уток и индеек, ветчиной, красной икрой, печенью трески, шпротами, сайрой или горбушей.

Основные обеденные блюда — мясо, рагу, овощи — делаются из продуктов в упаковке из материала ламистер, эта такая алюминиевая лакированная фольга.

Для завтраков и ужинов также есть спецсмеси — сухие яичные «Омлет», для блинчиков на сухом молоке.

Картофель, овощи и фрукты, плодовые и ягодные компоты для подлодок пастеризуют с биологически активным веществом «Супер Низолакт». Он приближает производство консервов к процессам жизнедеятельности, происходящим в природе, и исключает применение вредных химических веществ.

Так заботиться о здоровом питании подводников — насущная необходимость, а не то, чтобы именно флотское начальство отличается особой филантропией. Отсутствие естественного света и свежего воздуха, замкнутое пространство приводит к нарушениям пищеварения — снижается аппетит, а потом и работоспособность.

Ограниченность движения тоже играет свою роль: если не правильно рассчитать калорийность продуктов, личный состав запросто может приблизиться к конституции Шрека.

Всего ассортимент продуктов питания подводников включает около 135 наименований: там и сублимированные абрикосы и клубника, мед и варенье — бывает даже розовое или из грецких орехов.

В автономном плавании каждому полагается 50 грамм красного сухого вина, вроде каберне, потому что оно выводит из организма радионуклиды. Ветераны вспоминают, что сливали свои порции в один стакан и пили из него по кругу, чтобы складывалось ощущение полноценной пьянки.

Пайком, в руки, морякам дают шоколад и воблу. Почему воблу, если под вино? Говорят, что, когда планировали, чем поддерживать силы подводников — пивом или вином, мнения разделились. Остановились все-таки на вине, но воблу из пайка убрать забыли.

Важно!

Официальная версия же гласит, что моряки любят воблу, особенно при качке, так как она уменьшает неблагоприятное самочувствие при морской болезни.

Отдельного упоминания заслуживает хлеб — он тоже консервированный. Раньше батоны заспиртовывали для длительного хранения. Кок протыкал его в ножом, пропитывал водой и помещал в печь.

Спирт вместе с водой выпаривался, в результате чего получался свежий горячий хлеб.

Сейчас хлеб консервируют теплом — как бы это не звучало, но это более здоровый способ надолго его сохранить, чем спиртовая стерилизация.

Есть, наконец, у подводного питания еще два выдающихся момента. Во-первых, именно по еде моряки определяют, утро сейчас, день или вечер. Во-вторых, в сутки по очереди работают три смены, так что кокам нужно без конца накрывать и убирать со столов — как если бы они обслуживали бесконечное безумное чаепитие Алисы из Страны чудес.

Что едят полярники

У полярников все попроще, чем у космонавтов и подводников. Продукты им доставляют на самолете: в Антарктику, например, каждую неделю из Кейптауна. Заявки составляют сами работники станции — всего на выбор около двухсот названий, включая свежие овощи и фрукты.

Готовят во льдах также привычным способом — на электрической или газовой плите, в зависимости от того, где находится станция. Есть микроволновки, кастрюли, ножи: на завтрак делают каши, яйца или блинчики, на обед — суп, второе и компот, суп и второе – на ужин.

По праздникам – салаты, торты и другие изыски, включая, например, рулет из семги с жульеном внутри. Именно таким блюдами баловал повар съемочную группу фильма «Как я провел этим летом».

Совет!

Продукты иногда хранят в натуральных «холодильниках» (на станции Мирный, например, есть склад в толще ледника), но не все — йогурты, молоко, масло хранят только в «домашних» холодильниках: в природных они могут совсем замерзнуть и испортиться. Воду делают из льда и снега: его топят и получают дистиллированную воду. В нее добавляют витамины — если пить такую воду без них, то у человека может не проходить жажда.

Такие условия для кулинарии во льдах были не всегда. Для экспедиции папанинцев в 1937-1938 годах Институт инженеров общественного питания разработал специальные концентраты — в каком-то трудно вообразимом изобилии.

На завтрак полярники ели шоколад, омлеты, грудинку, рисовые котлеты, сливочное масло, плавленый сыр, паюсную икру. На полдник полагался чай с конфетами, кофе, сало, омлет с копченой грудинкой, рисовая каша с фруктами, сыр, масло и сухари.

Обед и ужин состояли из различных вариаций куриных котлет, пюре, грудинки, компотов, киселей и пудингов.

А вот первым полярникам не так повезло. В 1974 года на Таймырском полуострове нашли 48 банок законсервированных щей, датированных 1900 годом — их оставила там экспедиция Эдуарда Толля. Отведать щей тогда ему не пришлось: пытаясь найти Землю Санникова, в 1902 году полярник погиб.

Кстати, в 2004 году консервы попробовали приготовить, соблюдая инструкцию на банке: «Разбавляется водой количеством 2/3 той жестянки, в которой находится консерв, нагревается до кипения и кипятится не более 10 минут. Фабрика пищевых консервов Ф.Азибер в С.-Петербурге».

Вот это мы понимаем, суточные щи — настаивались больше века.

Историки любят говорить, что англичанин Роберт Скотт, самая трагическая жертва случайных совпадений всех времен и народов, погиб с сотоварищами в Арктике от неправильного питания.

Напомним, что капитан Скотт положил жизнь на то, чтобы первым в истории человечества достичь Южного полюса, и, когда туда дошел, обнаружил, что его чуть ли не на неделю опередила другая экспедиция — норвежца Руаля Амундсена.

Внимание!

На обратном пути англичане погибли, и многие обвиняют Скотта в том, что тот неправильно рассчитал количество затрачиваемых калорий своей группы и те погибли от голода. Ну и от того, что после истощения всех запасов те поддерживали себя кокаином — но кем вообще нужно быть, чтобы в этой ситуации их в этом винить. 

Источник: http://www.sobaka.ru/bars/trends/38859

Что ели «серые волки» Дёница

Что ели «серые волки» Дёница

Благодаря роману Лотара-Гюнтера Буххайма и одноимённому фильму Вольфганга Петерсена «Das Boot», увидевшим свет в 70–80-х годах прошлого века, резко вырос интерес к действиям немецкого подводного флота во Второй мировой войне.

У любителей истории стало возникать много вопросов не только по боевым действиям, но и по быту подводников. Особый интерес вызывает тема питания экипажей, выбора и хранения на подлодке в условиях длительных походов продуктов, в том числе тех, без которых человек не может долго обойтись.

Почему немецкие подводники брали с собой свежий хлеб, который в условиях высокой влажности быстро покрывался плесенью, а не сухари, хранящиеся дольше?

Проблемы снабжения

Немцы великолепно снабжали продовольствием свои подводные корабли. После установления в Европе гегемонии Германии продукты на базы подлодок поставлялись из Франции, Дании, Португалии, Испании, Италии и т.д.

В поход лодки брали свежее и варёное мясо, свежие овощи и фрукты, сыр, мёд, шоколад, копчёные колбасные изделия, соки, различные консервы и многое другое. Проблема была одна – в походе, в условиях плохой вентиляции и сильной влажности, свежие продукты быстро портились.

В итоге подводникам приходилось сидеть на консервно-витаминной диете – чем длительнее был поход, тем хуже было с питанием.

В целом питание немецких подводников было весьма разнообразным и не лишённым деликатесов.

На этом фото, сделанном в 1944 году, два члена экипажа подводной лодки U 672 позируют с омарами

На лодках были предусмотрены и провизионки, и холодильные камеры, но при выдаче технических заданий конструкторам субмарин в мирное время командованию ВМС Германии трудно было представить, что средние лодки типа VII будут действовать у берегов США, Африки и в Карибском бассейне, а большие лодки типа IX – в Индийском океане.

Во время войны приходилось импровизировать, подстраиваться под ситуацию, которая требовала увеличения автономности лодок.

Субмарины получали провизию в море с судов снабжения, заходили для пополнения запасов в порты Испании, затем появились «дойные коровы» – транспортные лодки XIV серии. Однако полностью проблему это не решало.

Провизия портилась, пропитывалась разными запахами – в общем, гурманам с тонким гастрономическим вкусом на «семёрке» или «девятке» делать было нечего.

Как рассчитывался запас пищи для экипажа

В этом вопросе очень велика была роль двух членов экипажа подлодки – третьего вахтенного офицера (или штурмана) и кока, которые отвечали за заготовку провизии.

Кок, или, как его звали подводники, «смутье» (smutje, smut – что приблизительно можно перевести как насмешливое «грязнуля», «замарашка»), был на лодке человеком с особым статусом.

Он должен был не только хорошо готовить, но и обладать талантом ресторатора, чтобы составлять меню на каждый день плавания.

Важно!

Кок лодки U 604 руководит погрузкой провизии. На переднем плане банки с фруктовыми консервами (слева).

Многочисленные колбасы и окорока свисают с потолка отсека, соседствуя с оборудованием (справа)

Исходя из приблизительной продолжительности похода делался расчёт количества и ассортимента продуктов, которые получались на складе штурманом.

После этого провизия грузилась на лодку под контролем штурмана и инженер-механика в места, которые наиболее подходили для хранения. Размещение продуктов на лодке всегда соответствовало трём основным правилам:

  1. Продукты должны были размещаться и закрепляться так, чтобы не падать и не разлетаться во время маневрирования лодки и её атаки глубинными бомбами.
  2. Провизия должна была распределяться по лодке равномерно, чтобы не создавать дифферент или свести его к минимуму, при этом должно было учитываться потребление продуктов. Ежедневно потребляемые продукты взвешивались, чтобы инженер-механик мог компенсировать их вес балластом.
  3. Размещение продуктов не должно было препятствовать свободному доступу ко всем люкам и вентилям.

Основными местами хранения провизии были носовой, кормовой и электромоторный отсеки, и это было логично.

В дизельном отсеке хранить что-либо было невозможно, так как продукты быстро пропитывались бы запахом соляра, известного всепроникающей способностью.

Центральный пост захламлять было ни в коем случае нельзя, так как это место управления кораблём, в жилых отсеках офицеров и старшин много разместить бы не удалось, да и все проходы должны были оставаться свободными.

Ящики с фруктами в носовом отсеке лодки U 295 соседствуют с торпедами. Хорошо видна надпись «Nantes» — окрестности французского Нанта славятся своими яблоневыми садами по сей день

Вот как выглядел запас провизии на лодке типа IXC при экипаже в 55 человек с расчётом его питания на 12-недельный срок. На лодку грузилось продовольствие и напитки весом более 12 тонн (12 583 кг), в том числе:

  • свежее и варёное мясо – 224 кг
  • колбасные изделия – 108 кг
  • мясные консервы – 2180 кг
  • рыбные консервы – 150 кг
  • свежий картофель – 1750 кг
  • другие овощи – 1555 кг
  • лимоны – 416 кг
  • свежие фрукты – 300 кг
  • свежие яйца – 270 кг
  • сливочное масло – 50 кг
  • сыр – 50 кг + 65 кг (твёрдый и плавленый)
  • кофе – 60 кг
  • чай – 3 кг
  • молоко – 784 кг
  • свежий хлеб – 456 кг
  • консервированный хлеб – 660 кг

«Хлеба к обеду в меру бери…»

Хлеб на подводной лодке был необходимым продуктом, и с ним же возникали особые проблемы в хранении.

Несомненно, в этих условиях решением проблемы стало бы использование сухарей, которые хранятся гораздо дольше, но проигрывают хлебу во вкусе и при длительном употреблении вызывают проблемы с пищеварением, поэтому немцы подошли к вопросу по-другому.

Они использовали свежий хлеб, который у подводников получил интересное прозвище «кролик». Вот как писал об этом известный немецкий подводный ас Райнхард Зурен (Reinhard Suhren):

Совет!

Кок «колдует» над приготовлением пищи в тесном камбузе немецкой подлодки (слева). Приём пищи на верхней палубе немецкой подводной лодки.

Снимок сделан в довоенное время (справа)

Кроме свежего хлеба, был ещё и консервированный, но какого он был качества? На этот вопрос дал ответ весьма необычный свидетель.

21 ноября 1942 года лодка U 163 потопила британское торговое судно «Эмпайр Старлинг» (Empire Starling), затем взяв на борт в качестве военнопленного капитана судна Эрика Монктона (Eric Monckton). Впоследствии Монктон оставил любопытные воспоминания о пребывании на борту U 163, в том числе и о питании:

В итоге, система снабжения представляется достаточно логичной. Запас хлеба на подлодке делился на две почти равных части, состоящих из свежего и консервированного хлеба.

Свежий хлеб, разумеется, долго не лежал, и его старались съесть как можно быстрее.

После того как свежий хлеб съедался или приходил в негодность, на лодке оставался ещё достаточно большой запас консервированного хлеба, употребление которого строго лимитировалось.

Мытьё посуды на подводной лодке после приёма пищи (слева). Судя по растительности на лицах подводников, поход длится не первую неделю, и никто не против разнообразить меню свежей рыбой.

На фото разделка акулы на палубе немецкой подлодки (справа)

Если посмотреть на меню экипажа лодки U 93, составленное коком на четвёртую неделю похода (12–18 января 1942 года), то станет ясно, что хлеб подавался к «столу» дважды в сутки (непонятно, чем объясняется отсутствие ужина в четверг – пропущен ли он в меню по недосмотру, или это был официальный «постный день»):

Стоит отметить, что немецкие подлодки имели возможность получать свежевыпеченный хлеб и прямо в море, на рандеву с «дойными коровами» – последние были оборудованы электропечами для выпечки хлеба. Так, в отчёте о первом походе транспортной U 459, головной лодки проекта XIV, говорилось:

Снимок, сделанный с борта U 604 в феврале 1943 года, запечатлел рандеву с «дойной коровой» U 459 в Северной Атлантике для пополнения запасов, в том числе и провизии

К вышесказанному стоит добавить, что на каждой боевой лодке имелся собственный 300-килограммовый запас теста, а также галеты – очевидно, что сухари подчинённым адмирала Деница были не нужны.

Cписок использованной литературы:

  1. Paterson L. U-Boat Combat Missions – Chatham Publishing, London 2007
  2. Paterson L. U-Boat War Patrol – The Hidden Photographic Diary of U 564 – Chatham Publishing, London 2006
  3. Malmann Showell J. Wolfpacks at War – The U-Boat Experience in World War II – Compendium Publishing, 2001
  4. Uboat.Net (http://uboat.net)
  5. U-boat Archive (http://www.uboatarchive.net)

Источник: https://warspot.ru/4851-chto-eli-serye-volki-dyonitsa

Как всё устроено: Моряк на подводной лодке

Матрос подводной лодки анонимно рассказал The Village о том, что такое поцелуй кувалды, зачем закусывать вино воблой и почему некоторым подводникам приходится годами драить туалет.

Подлодка

Я учился в Военно-морском училище им. Дзержинского, но это офицерский путь. А матросом на подлодку можно попасть и через военкомат: они направляют призывников в учебный центр, где полгода идёт подготовка. Каждой специальности соответствует своя боевая часть, вроде отделов в компании.

Первая — штурманская, вторая — ракетная, третья — мино-торпедная, четвёртая — радиотехнических средств и связи, куда как раз попал я потом, и пятая — электромеханическая, самая большая. С первой по четвёртую части — это так называемый БЧ-люкс. Они ходят чистенькие и опрятные.

Внимание!

А БЧ5 — это «маслопупы», они там по колено в масле и воде, на них все трюмы, насосы и двигатели. После учебки идёт распределение на базы. Сейчас подлодки базируются либо на Севере, в Западной Лице, Гаджиево, Видяево, либо на Камчатке, город Вилючинск. Ещё одна база есть на Дальнем Востоке — её в народе называют Большой Камень или Техас.

В Балтийском и Чёрном море атомных подводных лодок нет — только дизельные, то есть не боевые. Я же попал на Северный флот, в Западную Лицу.

Первое погружение

Когда подводная лодка выходит первый раз в море, все моряки должны пройти обряд посвящения. У меня был минимальный: в плафон из каюты налили забортной воды, которую надо выпить. Вкус у неё жутко вяжущий и горький. Неоднократно были случаи, когда людей сразу тошнило.

Тогда же вручили свидетельство, нарисованное от руки, что я теперь подводник. Ну а на некоторых лодках к этому обряду добавляется «поцелуй кувалды»: её подвешивают к потолку и, когда судно качает, матрос должен изловчиться и её поцеловать.

Смысл последнего обряда от меня ускользает, но спорить здесь не принято, и это первое правило, которое выучиваешь, входя на борт.

Служба

Почти что на каждой подводной лодке есть два экипажа. Когда один уходит в отпуск (а они положены после каждой автономки), заступает другой.

Сначала идёт отработка задач: например, погрузиться и выйти на связь с другой подлодкой, глубоководное погружение на максимальную глубину, учебные стрельбы, в том числе по надводным кораблям, если все упражнения штабом приняты — то лодка уходит на боевую службу.

Автономка длится по-разному: самая короткая — 50 суток, самая длинная — 90. В большинстве случаев мы плавали подо льдами Северного полюса — так лодку не видно со спутника, а если лодка плавает в морях с чистой водой, её можно увидеть даже на глубине 100 метров.

Важно!

В нашу задачу входило патрулирование участка моря в полной готовности и применение, в случае нападения, оружия. Одна подлодка с 16 баллистическими ракетами на борту может стереть с лица Земли, например, Великобританию. На каждой из 16 ракет находится 10 автономных боеголовок. Один заряд равен примерно пяти-шести Хиросимам.

Можно посчитать, что мы ежедневно возили с собой 800 Хиросим. Было ли мне страшно? Не знаю, нас учили, что боятся те, по кому мы можем выстрелить. А так я не задумывался о смерти, вы же каждый день не ходите и не думаете о пресловутом кирпиче, который может упасть на голову? Вот и я старался не думать.

Быт

Экипаж подлодки круглосуточно несёт вахту в три смены по четыре часа. Каждая смена завтракает, обедает и ужинает отдельно, между собой практически не общаясь. Ну, кроме собраний и общих мероприятий — праздников, например, или соревнований.

Из развлечений на лодке — турниры по шахматам и домино. Пробовали устраивать что-то спортивное вроде поднимания гири, отжимания от пола, но нам запретили из-за воздуха.

Он в подлодке искусственный, с повышенным содержанием двуокиси углерода СО2, и физические нагрузки плохо влияли на сердце.

Ещё нам кино показывают. Когда не было всех этих планшетов и DVD-плееров, в общей комнате стоял плёночный кинопроектор. Крутили в основном что-то патриотическое или комедии. Вся эротика, конечно, была запрещена, но матросы выкручивались: нарезали самые откровенные моменты фильмов, где девушка раздевается, например, склеивали их в один и пускали по кругу.

Жить в замкнутом пространстве не так трудно, как кажется. Во многом потому, что ты всё время занят — восемь часов проводишь на вахте. Надо следить за показателями датчиков, пультом, делать записи — в общем, не отвлечёшься на посидеть и подумать о жизни. Каждый день примерно в 15:00 всех поднимают на «малую приборку».

Все идут убирать какой-то участок. У кого-то это пульт управления, с которого надо смахнуть пыль, ну а у кого-то — гальюн (уборная для матросов в носовой части корабля. — Прим. ред.). Причём самое обидное — закреплённые за тобой участки не меняются всю службу, поэтому если уж начал драить туалет — драишь его до конца.

Что мне нравилось в плавании — так это отсутствие морской болезни. Лодку шатало только в надводном положении. Правда, по правилам лодка обязана всплывать раз в сутки, чтобы провести сеанс радиосвязи. Если подо льдами — то ищут полынью. Выйти подышать, конечно, нельзя, хотя случаи бывали.

Еда

Совет!

За день кок должен не только девять раз наготовить на ораву в 100 голодных матросов, но и для каждой смены накрыть столы, потом собрать посуду и перемыть её. Но, надо заметить, подводников кормят очень хорошо. На завтрак обычно творог, мёд, варенье (иногда из лепестков розы или грецких орехов).

Внимание!

На обед или ужин обязательно красная икра и балык из осетровых рыб. Каждый день подводнику положено 100 граммов сухого красного вина, шоколадка и вобла. Просто в самом начале, ещё в советские времена, когда говорили о том, чем подводникам поднимать аппетит, комиссия разделилась: они голосовали за пиво, другие — за вино.

Выиграли последние, но вобла, которая шла в паре с пивом, в пайке почему-то осталась.

Иерархия

Экипаж состоит из офицеров, мичманов и матросов. Главный всё равно командир, хотя внутренняя иерархия тоже существует. Офицеры, например, кроме командира, называют друг друга только по имени-отчеству, ну и требуют к себе соответствующего обращения.

А вообще субординация как в армии: начальник отдаёт приказание — подчинённый его выполняет без комментариев. Вместо дедовщины на флоте есть годковщина. Тех матросов, которые только пришли на флот, называют караси: они должны тихо сидеть в трюме и убирать воду и грязь.

Следующая каста — подгодок — матрос, который отслужил два года, а самые крутые — годки — у них срок службы больше, чем 2,5 года. Если за столом сидят восемь человек, из которых, например, два годка, то еда делится пополам: одна половина — это их, а вторая — всех остальных.

Ну могут ещё сгущёнку отобрать или за шилом послать сбегать. По сравнению с тем, что в армии происходит, здесь практически равенство и братство.

Устав — это библия, наше всё, считай. Правда, иногда до смешного доходит. Например, согласно ст. 33 Строевого устава российских военных сил, движение бегом начинается только по команде «бегом марш». И вот один раз замкомдива в море пошёл в гальюн, а там замок висит. Он в центральный пришёл и старпому приказывает: «Старпом, гальюн откройте».

Внимание!

Старпом сидит спиной — не реагирует. Замкомдива не выдержал: «Старпом, принесите ключ бегом». А он продолжает сидеть как сидел. «Бегом, я Вам говорю! Вы что, не слышите меня? Бегом! Бл..!!! Чего Вы ждёте?» Старпом закрыл устав, который он читал, кажется, всё свободное время, и говорит: «Я жду, товарищ капитан первого ранга, команду „марш“».

Командиры

Важно!

Командиры разные бывают, но все должны вызывать трепет. Священный. Ослушаться или перечить ему — получить выговор в личное дело как минимум. Самый колоритный начальник, который мне попадался, — капитан первого ранга Гапоненко (фамилия изменена. — Прим. ред.). Было это в первый год службы.

Только в Мотовский залив вышли, Гапоненко пропал из виду с флагманским киповцем (должность на лодке, слесарь КИПиА — Контрольно-измерительная аппаратура и автоматика) в своей каюте. Дней пять пили не просыхая, на шестой день Гапоненко вдруг поднимается в центральный в куртке-канадке и валенках: «Давайте, говорит, всплывайте, покурим». Покурили.

Он спустился вниз, осмотрелся: «Чем это вы тут занимаетесь, а?» Говорим, учебные маневры отрабатываем, вот надо скооперироваться с соседней лодкой, 685-й бортовой. Он вдруг сам пролез за пульт, взял микрофон и вышел в эфир. «685-й бортовой, я 681-й бортовой, прошу исполнить „слово“ (а слово на морском языке означает застопорить ход, остановиться)».

На другом конце провода раздалось какое-то мычание. А потом: «Я 685-й бортовой, исполнить „слово“ не могу. Приём». Гапоненко начал нервничать: «Приказываю исполнить „слово“ немедленно!» А в ответ ещё более настойчиво: «Повторяю вам, исполнить „слово“ не могу. Приём».

Тогда он уже совсем озверел: «Я, б…, приказываю тебе, су…, исполнить „слово“ …! Немедленно, слышишь! Я капитан первого ранга Гапоненко! Ты придёшь в базу, су…, я тебя, бл…, за жопу подвешу!..» Повисла смущённая тишина.

Тут радист, полумёртвый от страха, бледнеет ещё сильнее и шепчет: «Товарищ капитан первого ранга, прошу прощения, я ошибся, нам нужен 683-й бортовой, а 685-й бортовой — это самолёт». Гапоненко пульт разбил, выдохнул: «Ну вы и мудаки тут все», — ушёл обратно в каюту и до всплытия больше не появлялся.

Источник: https://ibigdan.livejournal.com/14267102.html

200 моряков месяц насиловали 18-летнюю девушку

3Спам1 Snake   (31.07.2009 14:06)Жаль,что отменили смертную казнь,за такое следует казнить

1Спам2 chibis   (30.09.2009 13:46)

1Спам3 SUPERMORYK   (06.10.2009 00:16)Людей обманывают сегодня как могут!таким самосуд!!

0Спам4 chibis   (07.10.2009 19:22)Да согласен, если бы ещё девушки думали бы одним местом такие бы ситуации не происходили бы!!!

0Спам5 pine4ka   (01.12.2009 22:42)А ведь люди идут на такой шаг от отчаяния.Нас в нашем же государстве загнали в угол и люди в надежде на то что может с ними такого не случиться отправляются в столь рискованное путешествие порой которое заканчивается очень печально!!!!И эта девочка была точно в такой же ситуации как и многие другие женщины которые идут на жертвы лишь бы вытянуть своих родных.

0Спам6 Андрей   (20.12.2009 01:59)За родину обидно,что не думает о нашем обществе

2Спам7 xxXED   (27.09.2010 14:21)уничтожать!!!не задумываясььь…

0Спам8 r_ignatov   (24.03.2011 17:27)Не, ну это все ясно, особенно если языковый барьер. Ведь полиция есть везде.Вопрос в другом — где б себе купить девушку, появился бы хоть стимул возвращаться в этот город, а то такая х»№ня эта ваша Одесса ?В общем — куплю девушку. С предложениями Звоните 80936090242, а то тут думаешь — где взять денег 300$ чтоб не дрочить …

1Спам10 solt   (14.09.2011 09:32) Такого урода как ты я бы встретил в Одессе

0Спам9 crek   (06.04.2011 14:29)javascript://

Источник: http://seaman-odessa.ucoz.ua/news/2009-04-05-5

Как всё устроено. Моряк на подводной лодке

Как всё устроено. Моряк на подводной лодке. Матрос подводной лодки анонимно рассказал о том, что такое поцелуй кувалды, зачем закусывать вино воблой и почему некоторым подводникам приходится годами драить туалет…Подлодка Я учился в Военно-морском училище им. Дзержинского, но это офицерский путь.

А матросом на подлодку можно попасть и через военкомат: они направляют призывников в учебный центр, где полгода идёт подготовка. Каждой специальности соответствует своя боевая часть, вроде отделов в компании.

Первая — штурманская, вторая — ракетная, третья — мино-торпедная, четвёртая — радиотехнических средств и связи, куда как раз попал я потом, и пятая — электромеханическая, самая большая. С первой по четвёртую части — это так называемый БЧ-люкс. Они ходят чистенькие и опрятные.

А БЧ5 — это «маслопупы», они там по колено в масле и воде, на них все трюмы, насосы и двигатели. После учебки идёт распределение на базы. Сейчас подлодки базируются либо на Севере, в Западной Лице, Гаджиево, Видяево, либо на Камчатке, город Вилючинск.

Важно!

Ещё одна база есть на Дальнем Востоке — её в народе называют Большой Камень или Техас. В Балтийском и Чёрном море атомных подводных лодок нет — только дизельные, то есть не боевые. Я же попал на Северный флот, в Западную Лицу.

Первое погружение

Когда подводная лодка выходит первый раз в море, все моряки должны пройти обряд посвящения. У меня был минимальный: в плафон из каюты налили забортной воды, которую надо выпить. Вкус у неё жутко вяжущий и горький. Неоднократно были случаи, когда людей сразу тошнило.

Тогда же вручили свидетельство, нарисованное от руки, что я теперь подводник. Ну а на некоторых лодках к этому обряду добавляется «поцелуй кувалды»: её подвешивают к потолку и, когда судно качает, матрос должен изловчиться и её поцеловать.

Смысл последнего обряда от меня ускользает, но спорить здесь не принято, и это первое правило, которое выучиваешь, входя на борт.

Служба

Почти что на каждой подводной лодке есть два экипажа. Когда один уходит в отпуск (а они положены после каждой автономки), заступает другой.

Сначала идёт отработка задач: например, погрузиться и выйти на связь с другой подлодкой, глубоководное погружение на максимальную глубину, учебные стрельбы, в том числе по надводным кораблям, если все упражнения штабом приняты — то лодка уходит на боевую службу.

Автономка длится по-разному: самая короткая — 50 суток, самая длинная — 90. В большинстве случаев мы плавали подо льдами Северного полюса — так лодку не видно со спутника, а если лодка плавает в морях с чистой водой, её можно увидеть даже на глубине 100 метров.

Важно!

В нашу задачу входило патрулирование участка моря в полной готовности и применение, в случае нападения, оружия. Одна подлодка с 16 баллистическими ракетами на борту может стереть с лица Земли, например, Великобританию. На каждой из 16 ракет находится 10 автономных боеголовок. Один заряд равен примерно пяти-шести Хиросимам.

Совет!

Можно посчитать, что мы ежедневно возили с собой 800 Хиросим. Было ли мне страшно? Не знаю, нас учили, что боятся те, по кому мы можем выстрелить. А так я не задумывался о смерти, вы же каждый день не ходите и не думаете о пресловутом кирпиче, который может упасть на голову? Вот и я старался не думать.

Быт

Экипаж подлодки круглосуточно несёт вахту в три смены по четыре часа. Каждая смена завтракает, обедает и ужинает отдельно, между собой практически не общаясь. Ну, кроме собраний и общих мероприятий — праздников, например, или соревнований. Из развлечений на лодке — турниры по шахматам и домино.

Пробовали устраивать что-то спортивное вроде поднимания гири, отжимания от пола, но нам запретили из-за воздуха. Он в подлодке искусственный, с повышенным содержанием двуокиси углерода СО2, и физические нагрузки плохо влияли на сердце. Ещё нам кино показывают. Когда не было всех этих планшетов и DVD-плееров, в общей комнате стоял плёночный кинопроектор.

Крутили в основном что-то патриотическое или комедии. Вся эротика, конечно, была запрещена, но матросы выкручивались: нарезали самые откровенные моменты фильмов, где девушка раздевается, например, склеивали их в один и пускали по кругу. Жить в замкнутом пространстве не так трудно, как кажется.

Во многом потому, что ты всё время занят — восемь часов проводишь на вахте. Надо следить за показателями датчиков, пультом, делать записи — в общем, не отвлечёшься на посидеть и подумать о жизни. Каждый день примерно в 15:00 всех поднимают на «малую приборку». Все идут убирать какой-то участок.

У кого-то это пульт управления, с которого надо смахнуть пыль, ну а у кого-то — гальюн (уборная для матросов в носовой части корабля. — Прим. ред.). Причём самое обидное — закреплённые за тобой участки не меняются всю службу, поэтому если уж начал драить туалет — драишь его до конца. Что мне нравилось в плавании — так это отсутствие морской болезни.

Лодку шатало только в надводном положении. Правда, по правилам лодка обязана всплывать раз в сутки, чтобы провести сеанс радиосвязи. Если подо льдами — то ищут полынью. Выйти подышать, конечно, нельзя, хотя случаи бывали.

Еда

Совет!

За день кок должен не только девять раз наготовить на ораву в 100 голодных матросов, но и для каждой смены накрыть столы, потом собрать посуду и перемыть её. Но, надо заметить, подводников кормят очень хорошо. На завтрак обычно творог, мёд, варенье (иногда из лепестков розы или грецких орехов).

Внимание!

На обед или ужин обязательно красная икра и балык из осетровых рыб. Каждый день подводнику положено 100 граммов сухого красного вина, шоколадка и вобла. Просто в самом начале, ещё в советские времена, когда говорили о том, чем подводникам поднимать аппетит, комиссия разделилась: они голосовали за пиво, другие — за вино.

Выиграли последние, но вобла, которая шла в паре с пивом, в пайке почему-то осталась.

Иерархия

Экипаж состоит из офицеров, мичманов и матросов. Главный всё равно командир, хотя внутренняя иерархия тоже существует. Офицеры, например, кроме командира, называют друг друга только по имени-отчеству, ну и требуют к себе соответствующего обращения.

А вообще субординация как в армии: начальник отдаёт приказание — подчинённый его выполняет без комментариев. Вместо дедовщины на флоте есть годковщина. Тех матросов, которые только пришли на флот, называют караси: они должны тихо сидеть в трюме и убирать воду и грязь.

Следующая каста — подгодок — матрос, который отслужил два года, а самые крутые — годки — у них срок службы больше, чем 2,5 года. Если за столом сидят восемь человек, из которых, например, два годка, то еда делится пополам: одна половина — это их, а вторая — всех остальных.

Ну, могут ещё сгущёнку отобрать или за шилом послать сбегать. По сравнению с тем, что в армии происходит, здесь практически равенство и братство. Устав — это библия, наше всё, считай. Правда, иногда до смешного доходит. Например, согласно ст.

33 Строевого устава российских военных сил, движение бегом начинается только по команде «бегом марш». И вот один раз замкомдива в море пошёл в гальюн, а там замок висит. Он в центральный пришёл и старпому приказывает: «Старпом, гальюн откройте». Старпом сидит спиной — не реагирует.

Замкомдива не выдержал: «Старпом, принесите ключ бегом». А он продолжает сидеть как сидел. «Бегом, я Вам говорю! Вы что, не слышите меня? Бегом! Бл..!!! Чего Вы ждёте?» Старпом закрыл устав, который он читал, кажется, всё свободное время, и говорит: «Я жду, товарищ капитан первого ранга, команду „марш“».

Командиры

Важно!

Командиры разные бывают, но все должны вызывать трепет. Священный. Ослушаться или перечить ему — получить выговор в личное дело как минимум. Самый колоритный начальник, который мне попадался, — капитан первого ранга Гапоненко (фамилия изменена. — Прим. ред.). Было это в первый год службы.

Только в Мотовский залив вышли, Гапоненко пропал из виду с флагманским киповцем (должность на лодке, слесарь КИПиА — Контрольно-измерительная аппаратура и автоматика) в своей каюте. Дней пять пили не просыхая, на шестой день Гапоненко вдруг поднимается в центральный в куртке-канадке и валенках: «Давайте, говорит, всплывайте, покурим». Покурили.

Он спустился вниз, осмотрелся: «Чем это вы тут занимаетесь, а?» Говорим, учебные маневры отрабатываем, вот надо скооперироваться с соседней лодкой, 685-й бортовой. Он вдруг сам пролез за пульт, взял микрофон и вышел в эфир. «685-й бортовой, я 681-й бортовой, прошу исполнить „слово“ (а слово на морском языке означает застопорить ход, остановиться)».

На другом конце провода раздалось какое-то мычание. А потом: «Я 685-й бортовой, исполнить „слово“ не могу. Приём». Гапоненко начал нервничать: «Приказываю исполнить „слово“ немедленно!» А в ответ ещё более настойчиво: «Повторяю вам, исполнить „слово“ не могу. Приём».

Тогда он уже совсем озверел: «Я, б…, приказываю тебе, су…, исполнить „слово“ …! Немедленно, слышишь! Я капитан первого ранга Гапоненко! Ты придёшь в базу, су…, я тебя, бл…, за жопу подвешу!..» Повисла смущённая тишина.

Тут радист, полумёртвый от страха, бледнеет ещё сильнее и шепчет: «Товарищ капитан первого ранга, прошу прощения, я ошибся, нам нужен 683-й бортовой, а 685-й бортовой — это самолёт». Гапоненко пульт разбил, выдохнул: «Ну вы и мудаки тут все», — ушёл обратно в каюту и до всплытия больше не появлялся.

Источник: http://moreman.my1.ru/publ/rasskazy_i_stati/kak_vsjo_ustroeno_morjak_na_podvodnoj_lodke/6-1-0-77

«Не суеверны, но практичны»: приметы, «запреты» и юмор подводников

«Не суеверны, но практичны»: приметы, «запреты» и юмор подводников

Ежегодно 19 марта в России отмечается День моряка-подводника. В этот день в 1906 году по указу императора Николая II в классификацию судов военного флота был включен новый класс боевых кораблей — подводные лодки.

Военный пенсионер, бывший подводник и помощник командира, техник-гидроакустик глубоководного подводного аппарата «АС-22» Сергей Горшков рассказал «Акватории Нового Калининграда.

Ru» про приметы, практичные «запреты» подводников, а также вспомнил самые яркие и хлесткие высказывания своего командира.

— Большинство подводников уверено, что везение или невезение подводной лодки связано с ее номером. Так сложилось, что трагедии часто случаются именно с субмаринами, номер которых заканчивается на девятку. Среди нашего экипажа такой приметы не существовало, да и номер нашего глубоководного аппарата на цифру 9 не заканчивался. Но у нас считалось хорошей приметой называть свой батискаф ласково — «ласточкой». Правда, другой аппарат назывался «коровой», так как его спасательная камера напоминала вымя, но это так же считалось ласковым прозвищем.

— Подводники — люди не суеверные, но зато практичные, поэтому все приметы и обычаи придумали исключительно для того, чтобы облегчить себе жизнь. Из-за этого сложилось множество «запретов»:

  • нельзя употреблять в пищу бобовые. А вы попробуйте подышать продуктами их внутренней переработки при замкнутом цикле вентиляции в закрытом объеме подводного аппарата. Поэтому горох и фасоль сразу при получении отправлялись за борт;
  • нельзя наступать на комингсы (пороги), таким образом, люки надо «пролетать», не касаясь порогов. Ведь если всякий раз каждая «морская свинка» будет наступать на комингс, то люк перестанет прилегать плотно и держать давление. Такой обычай позволяет сохранять люки в исправности, а, следовательно, и спасать жизни обитателей лодок. Считается, что наступить на комингс — это то же самое, что наступить на голову боцману. По этим же причинам на флоте не садятся на кнехты (тумбы, служащие для крепления тросов — прим. «Нового Калининграда.Ru»).

— Подводники — известные донжуаны, поэтому у нас существует такой «запрет»: нельзя не любить женщин. Во-первых, поддержание этого имиджа подводного флота приятно во всех отношениях, а во вторых, пусть все завидуют.

— Также перед погружением нельзя бриться. Принято считать, что этот запрет оберегает от смерти, и подводник вернется домой. Но мы лишь считали это послаблением для нас. Ведь бритье — не самое приятное занятие.

— Один из немногих обычаев, не имеющий практического обоснования, — это ритуал посвящения в подводники. При первом погружении «новички», вне зависимости от чинов и званий, обязаны выпить плафон забортной воды. Обычно для этого используется плафон светильника объемом около 1 литра.

Стоит отметить, что вода на глубине, набранная через клапан глубиномера, чистая, как слеза и не очень соленая, единственная проблема — она ледяная. Далее новобранец должен поцеловать кувалду (это своеобразная проверка на сообразительность — для того чтобы не получить «по зубам», ее надо целовать на излете).

У нас, правда, посвящение ограничивалось первой частью. Выпил — и ты уже подводник!

— У подводников также существует традиционный тост: «Чтобы количество погружений всегда равнялось количеству всплытий». Обычно это третий по счету тост, хотя он может быть любым по счету и даже повторяться несколько раз. Поскольку под водой пить нельзя, значит, ты уже всплыл и тебе не обязательно считать разы.

«Если ты бука, на подводном флоте тебе делать нечего»

— Нельзя не иметь чувства юмора. Если тебе наступили на голову, когда ты пытался добраться до нижнего клапана в трюме, философски заметь, что здесь вам не капустное поле, чтобы по кочанам ходить. Если ты бука, на подводном флоте тебе делать нечего.

Музыка флотской речи, доброта, спрятанная за грубостью, — это неотъемлемый атрибут душевного равновесия подводника. Никакая колыбельная не бывает так нежна, как любовно чихвостящая тебя в бога и в душу речь командира.

Вот некоторые перлы нашего командира бригады:

  • о приезде комиссии по соблюдению экологических требований в месте базирования: «Сейчас понаедут разные люди и будут проверять нашу вшивость. Надо выделить двух „хомосапиенсов“, любителей природы, пусть вдоль причала хотя бы елок понатыкают!»;
  • о дисциплине: «Служить надо так, чтобы хребет трещал, икровь текла поватервейсам (толстые деревянные брусья палубного настила— прим. „Нового Калининграда.Ru“)! Аквам налодку придешь, одни мужики здоровые, как кони вяблоках, торчат!»;
  • о флагманском механике и сломавшемся дизеле: «Где этот апологет технических наук? Все вы специалисты только женщинам удовольствие доставлять! Тащите этого специалиста сюда, и пусть «любит» дизель до тех пор, пока он не начнет своей работой ублажать мне слух!»;
  • о себе любимом: «Офицеры — в космосе, мичмана — на Луне, с матросов вообще спрос, как с козлов молока, и лишь один комбриг должен за всех вас подставлять начальству свои нежные места!».

Текст — Екатерина ПИГУЛЕВСКАЯ, фотографии из архива собеседника

Источник: https://www.newkaliningrad.ru/aqua/publications/5569170-ne_sueverny_no_praktichny_primety_zaprety_i_yumor_podvodnikov.html

Есть такая профессия: как работают моряки-подводники в Приморье

Капитан второго ранга Евгений Лимонов рассказал корреспонденту DEITA.RU о трудовых буднях моряков-подводников в свой профессиональный праздник. 

День моряка-подводника появился ещё при Николае II по случаю включения первых субмарин в состав флота Российской Империи. После революции дату отмечать перестали, а восстановили традицию лишь в 1996 году. Примерно в то же время жизнь Евгения Лимонова изменилась и он навсегда решил связать свою судьбу со службой в море. 

«Когда я попал в класс подводников, очень сильно расстроился, — рассказывает Евгений Лимонов, капитан второго ранга ВМС России, — но через три месяца преподаватели и офицеры поменяли мое мировоззрение, я понял, что это то, что нужно». 

Более 20 лет офицер служит на подводной лодке. «Основное качество подводной лодки – скрытность, — рассказывает капитан, — она всегда должна находиться в подводном состоянии и всплывает только для дозарядки батареи». 

Совет!

Работа на судне кипит круглые сутки, служба идет почасовым вахтовым методом. В море подводники отрабатывают задачи, учения, занятия по специальности, тренировки по специальности, их день расписан буквально по минутам. 

«Хочешь мира готовься к войне», — цитирует римского историка Евгений Лимонов. Поэтому и в мирное время у военных работы достаточно.

Одна лодка — это отдельная войсковая часть, в экипаж входит 57 человек, несколько лодок вместе составляют соединение подводных лодок или бригаду. Трудовые будни надоесть не могут, у подводников существует разнообразие даже в ежедневном рационе.

В него входит: сухое красное вино, положенное для улучшения пищеварения, сгущенка, шоколад, красная рыба, сухая рыба, творог, печенье, колбаса, сыр и другие продуты. 

Чтобы в подводной лодке можно было дышать, существуют специальные установки, для которых есть пластины В-64. Почему так называются? Один человек может дышать 64 часа или 64 человека — один час.

«Когда лодка в погружённом состоянии, в определённые периоды времени измеряется количество воздуха, если он становится меньше допустимых норм, то эти баночки закладываются и начинает выделяться кислород», — объясняет Евгений Лимонов. 

Капитан хорошо помнит свое первое погружение в августе 2002 года. Рассказывает, что в первое время все подводники бесстрашные, им ещё многое предстоит узнать. 

«Выше нас только космонавты, — считает офицер, каждый из подводников гордится своей работой, безмерно ее уважает, потому что он отдает свой долг отечеству. Так уж принято у русского человека — мужчины, что он ради отечества готов и жизнь свою отдать».

Море никогда не останется без людей. Миллионы моряков посвящают жизнь флоту – и взамен получают трудную, но интересную и необычную судьбу. Про страх под водой военные распространятся не любят, а вот забавные истории припомнить рады.

«В 2004 году мы на подводной лодке вышли в море. — вспоминает Евгений Лимонов, — на лодке были: командир-минер, помощник командира – минер, старший помощник – минер, а вот замполит был из танкистов.

И вот, решили нарисовать стенгазету. Нарисовали командира — стрелковым помощником, стоящим на мостике в надводном положении. Выше нарисовали башню и замполита в шлеме танкиста и с дулом, отдающим воинское приветствие.

Офицер обижался, ну а мы считали это смешным». 

У моряков существует большое количество традиций. Например, моряк-подводник должен выпить на посвящении стакан забортной воды, им нельзя бриться до завершения учебно-торпедных стрельб, нельзя оставлять шапку на столе. Основную сложность для данной профессии вызывают постоянные «выходы в море», приходится долгое время находиться вдали от родных. 

«Семья терпит, это моя работа, — говорит Евгений Лимонов, — есть такая профессия — Родину защищать и есть такая профессия — уметь ждать». 

Внимание!

Сегодня, 19 марта, свой праздник отмечают военнослужащие и гражданский персонал подводных сил Военно-Морского Флота Российской Федерации: штурманы, минёры, связисты, механики, список можно продолжать бесконечно. 

«Я желаю коллегам человеческого счастья, терпения, выдержки, профессионального роста и стремления в будущее», — говорит капитан второго ранга Евгений Лимонов. 

Александра Чистик

Источник: https://deita.ru/news/est-takaya-professiya-kak-rabotayut-moryaki-podvodniki-v-primore/

Настоящий подводник: О службе на Флоте

— Что – настоящего, действующего подводника не дали? – был первый вопрос Юрия Васильевича.

— А вы что – ненастоящий? На подлодке сколько ходили?

— Больше двадцати лет…

Так и начался наш разговор с бывалым моряком.

Специфика службы

— Какие качества характера вы считаете главными для подводника?

— Вам это покажется пафосным, но так оно и есть: сила воли, мужество, чувство ответ­ственности и коллективизма. У моряков-подводников и психология особая.

Специфика службы играет большую роль. Например, аварийная ситуация, где надо бороться за живучесть. Неподготовленный матрос, услышав шум забортной воды, может спровоцировать панику на субмарине.

Для предотвращения таких ситуаций проводятся учения и тренировки в учебных центрах, на специальном полигоне, где можно отработать поступление воды в отсек или пожар в реальных условиях.

При этом ставится задача ещё и заделать пробоину, то есть поставить заглушку, упор раздвижной – и вода перестаёт поступать. Моряки подготовлены к экстренным ситуациям и знают, как себя вести.

В автономку… с котом

— Случаются ли конфликтные ситуации в море и как они разрешаются?

— Конфликтов мы просто не допускаем! Конечно, характеры у людей разные. Но вся подготовка к воинской службе, работа командного состава нацелены на то, чтобы выполнять поставленную задачу.

Конфликтовать просто некогда! Да и свободного времени как такового под водой нет. Представьте поход на 60 суток, автономное плавание, без всплытия. Ежедневные вахты по 4 часа, между ними – короткий отдых.

Успеваешь поспать, посмотреть кинофильм, погладить кошку…

— Кошка?! Откуда?

— Коты и кошки у нас – в порядке вещей, мы вместе выходим в море. На подлодке бывает 4-5 кошек. Присутствие домашнего животного смягчает общий психологический климат на службе, напоминает о доме… Однажды мичман взял с собой в автономку сибирского котёнка – жена уехала в отпуск, и оставить его было не с кем.

Весь экипаж с удовольствием игрался с ним. А вообще, у нас главным был кот Васька, известный крысолов. Поймав крысу, он обязательно приносил её в зубах в кают-компанию и проходил мимо каждого стола, демонстрируя свою работу.

Да-да, не удивляйтесь, и на подлодке бывают крысы – хозяйство большое, забегают, когда субмарина на берегу.

— Каким было самое длительное погружение в вашей службе?

— Походы бывают разные: и по длительности автономного подводного плавания, и по степени удалённости от родных берегов. Самый долгий поход под водой – 80 суток. Были и по 60. Как переносили? Нормально! Несли боевую вахту, отдыхали, отмечали праздники и дни рождения – это обязательно. На день рождения корабельный кок по традиции зажаривал имениннику курицу и пёк пирог или торт.

Пирогами награждали и победителей соревнований – не спортивных, конечно. Почему конечно? Раньше была беговая дорожка, но потом врачи запретили: состав воздуха с повышенным содержанием углекислого газа вреден для повышенных физических нагрузок, можно посадить сердце.

Так что вся «физика» – на береговой базе. А соревновались сменами на лучшее знание матчасти, например. Победившая смена, кроме сладкого приза, получала право заказать фильм для просмотра по своему желанию.

Кинофильмы ведь тоже демонстрировались по графику – служба расслабляться не даёт!

Вино с черносливом

— Говорят, у подводников какое-то особое питание. Что входит в ежедневный рацион?

— Особенности есть. Я даже как-то по случаю приобрёл в Москве книгу «Рациональное питание военнослужащих». Там есть и такой рецепт – говядина, тушённая с черносливом. Подводникам, в условиях ограничения подвижности, необходимо регулировать работу кишечника.

Так вот, сначала наши коки не хотели это блюдо готовить. А потом всем так понравилось! В день каждому моряку на субмарине положено 10 граммов мёда, 50 – сухого вина. Всё это для нормальной работы пищеварительной системы.

Однажды, в восьмидесятых годах, во время антиалкогольной кампании на подлодке решили создать клуб трезвенников. Мне сказали: «Может, сок возьмёте в море вместо вина?». «А что мы здесь, бывшие алкоголики, что ли? – ответил я.

– Вино положено по медицинским показаниям – так его и давайте!». В общем, мы не поддержали инициативу.

— Да, о чувстве юмора моряков ходят легенды. Как и о взаимовыручке …

— На подлодке весь экипаж – единое целое, без доверия и взаимовыручки нельзя. Ведь в условиях подводной изоляции, если кто-то один сделал неправильно – навредил всем! И без чувства юмора, конечно, просто не выжить. Однажды, помню, принимали на борту Главкома ВМФ. Стоим на палубе, и вдруг снизу – мат.

Главком вскинулся: «Неуставные взаимоотношения!». А я сделал удивлённый вид и говорю: «Где? Я ничего не слышал!». Тут выбегает наверх матрос, и командующий спрашивает его. Но достаточно было одного моего взгляда, чтобы матрос всё понял и доложил: «Всё тихо, ничего не слышал!».

«Ну вы даёте!» – сказал в изумлении адмирал, и вопрос был исчерпан.

— Как вы оцениваете реформы, происходящие сейчас на флоте? Куда плывёт Россия?

— На мой взгляд, непродуманность во многих вещах очевидна. Сократили должности, в том числе офицерские, оставив тот же бюджет. Отменили второго старпома… Зачем? Во флоте веками было всё отработано. И, тем не менее, я уверен: разум восторжествует, и верные решения будут найдены. Всё образуется! На флоте служат преданные Отечеству люди, они выведут его на правильный путь.

ДОСЬЕ

Юрий Васильевич ТАНКОВИД родился 1 декабря 1944 года в Ташкенте. Окончил речной техникум по специальности техник-судомеханик. Был призван на флот.

В учебном отряде подводного плавания во Владивостоке получил специальность радиометриста. По окончании службы поступил в Ленинградское высшее военное училище им. М. В. Фрунзе, которое окончил в 1970 году.

Окончил Высшую военно-политическую академию им. В. И. Ленина в Москве.

Важно!

Служил на Дальнем Востоке. На Камчатке с 1985 г. Прошёл путь от младшего офицера до капитана первого ранга, заместителя командира атомного подводного ракетоносца. В 1997 году ушёл в запас. В настоящее время – учитель истории СОШ №  2 г. Вилючинска. Награждён орденом Красной Звезды, медалями.

Женат, двое детей, четверо внуков. Сын Василий – капитан 1 ранга, командир ракетного крейсера «Александр Невский». Дочь Елена – связист эскадры подлодок, её муж – моряк-подводник.

Смотрите также:

Источник: http://www.kamchatka.aif.ru/press_office/press_office_1/93412

Может понравиться...